Чайка

 За окном ревела метель, в руках была чашка горячего чая с имбирём, а внутри — жгучее желание общаться с друзьями.
 Беседа достигла пика. Мы давно не встречались, а тут горячий и довольно неприятный спор о семьях, правилах и конфликтах. Такой спор был чужд каждому из нас пятерых, но каким-то образом он разгорелся. Вдруг Денис встал и довольно спокойно сказал:
— Послушайте, да не может человек измениться.
Меня как обожгло — это катастрофа, он действительно в это верит?
Я тоже встал и прошелся мимо стульев моих друзей. Это был момент, которого я ждал. Денис сказал так не случайно  — он практически опустил руки, он уже не верил, что может измениться, стать лучше. Он никак не мог научиться не думать о негативе, часто ссорился с женой и в бизнесе из-за этого еле сводил концы с концами. Это его мучало, но сейчас он, похоже, смирился с этим.
Мужская встреча — это одна из тех отдушин, которые я для себя хранил. Один раз в месяц. Только парни. Только суровые и серьезные темы. Старое заброшенное здание завода, грубые стулья и удобный светлый уголок с кофемашиной в одном из небольших помещений.
Мы знали друг друга уже десять лет, сразу после моего переезда в Южный Свет начали общаться. Но я никогда не рассказывал этой истории, сейчас время пришло.
 Чай в чашке остыл и поставил его на пол под ногами.
— Послушайте. То, что я расскажу — правда.
Голос немного охрип, потому я откашлялся
— Я расскажу вам историю, в которую никогда бы не поверил, если бы не был свидетелем её. Это история про изменение себя, идентификации человека.
Под потолком в дальнем конце помещения завода погас свет, это добавило мистичности моим словам и я продолжил.
Это началось лет двадцать пять лет назад. Я работал тогда менеджером в одной крупной веб-студии нашего города.
И вот, пришел к нам тогда молодой парень. Он был худым и на лице у него были ужасные угри.
Разговаривал он тихо и немного неуверенно.
Я никогда не ожидал от него ничего особенного.
Тогда я работал в отделе продаж, у меня получалось неплохо.
У него тоже начало получаться, если честно. Но до поры до времени.
И вот наступил один день — образовательные мастер-классы. Все ждали этого дня весь год.
В тот день каждый руководитель или помощник отдела делился полезным опытом с другими ребятами из офиса.
Готовил презентацию и стоял у экрана, рассказывая в деталях, что он-де считает, нужно улучшить и как.
Продажи, разработка, дизайн, программирование. Ни один отдел не молчал.
Егор выступал где-то посередине. Он работал в отделе продаж, продавал неплохо. Но он так нервничал перед выступлением, что постоянно глубоко дышал и опирался на стену сбоку. Да и настроение его постоянно скакало — то смеялся с шуток, то уходил в себя. Прямо перед выступлением он пошел в туалет. Так вышло, что я стоял возле туалета, как раз после него. Чистая случайность. Но если стоять совсем близко к дверям — слышно, что там происходит. И случайно я услышал его шепот самому себе в зеркало
— Соберись, тряпка. Всё получится. Чайка, соберись. Да ты просто чайка.
Это было тем удивительнее, что он не вызывал ощущение напуганного человека. Просто спокойный и закрытый парень.
Я молчал, когда он вышел.
Первые десять минут он страшно переживал. Потом немного успокоился.
Но выступил он всё равно ужасно. Сильно переживал.
И тогда я понял, какой ад творится в его душе.
Как сильно он не любит себя.
Помню еще подумал: «Этот парень никогда не сможет достичь чего-то выдающегося в жизни. Так и будет прозябать мелким служащим с черной дырой внутри».
Но самое удивительное случилось после.
**
Я уволился оттуда через  полгода.
И представьте, каково же было мое удивление, когда я встретил Егора на крупной встрече через десять лет в Лондоне. (Около пятнадцати лет назад). Я открыл уже тогда свою студию, мы делали неплохие веб-решения.
Он руководил крупной компанией, его наняли туда несколько лет назад и явно было видно, что это его место.
Он был спокойным и уверенным.
Бывают такие встречи  — ты понимаешь,что человек ничего тебе не доказывает.
Он просто спокоен и сдержан.
Мы обсуждали сделку около часа.
Я не мог поверить, что бывают такие преображения.
Он сидел спокойно и исследующим взглядом смотрел на документы, которые мы принесли. Точечно задал несколько вопросов, спокойно отреагировал на изменение бюджета. Ни нервозности, ни беспокойства.
Только спокойное достоинство.
Целый час времени я думал об одном — что это? Работа над собой? Какие-то техники или тренинги?
А потом, когда вышли, я предложил ему выпить кофе.
Он согласился. Легко и непринужденно, словно и сам ждал этого. И такая легкость сквозила в его взгляде, в его манере одеваться и улыбаться. Во всем он выглядел утонченным ценителем, даже запонки на рукавах были очень уместны.
Он, конечно же, узнал меня.
Только теперь он был непроницаем — я не мог понять, откуда в нем это.
Сильные люди ощущаются. Сейчас я ощущал, что в нем есть сила.
И это притягивало.
Мы вышли из высотного здания, я поежился. было морозно. Он быстро указал на большую кофейню, мы подсели за барную стойку и он заказал два больших кофе — себе латте, мне американо.
— Как ты вообще?
— В порядке — ответил он.
Я помолчал. Не хотелось уходить в сторону от интересующей меня темы, я рискнул спросить:
— Егор, давай честно. Как ты смог измениться?
— Ты хочешь сказать, что со мной случилось?
Я кивнул.
— Мне повезло. Откровенно повезло.
Хотя ты знаешь, что всегда везёт сильнейшим.
— Я подался на собеседование.
Прошел отбор из двух сотен человек. А потом мы еще работали…
 Я не удержался  и перебил.
— Нееет. Меня интересует как ты из мальчишки, перепуганного и странного стал уверенным в себе мужчиной?
Он усмехнулся.
— А, это.
Потом помешал палочкой кофе так, словно там был сахар и посмотрел на меня и медленно произнес.
— Хорошо.
В его глазах читалось что-то вроде: «Ты был добр ко мне во время работы в Дата Старте. Я расскажу тебе.»
Всю жизнь я считал себя «Чайкой». Это обидное прозвище придумал мне отец. Каждый раз, когда у меня не получалось что-то, он говорил «Не будь чайкой, работай над собой». И именно эта фраза выбивала меня из колеи.
В ней было столько насмешки, неверия. И «чайкой» он продолжал меня называть сколько я себя помню.
И именно «чайкой» я и привык себя называть.
Я летом ездил на дачу только бы не видеть отца.
Мама к тому времени умерла, так что кроме него у меня никого не было.
И вот, когда мне было двадцать три  — я поехал в очередной раз на дачу. Тогда ты как раз ушел из Дата Старта. Я решил навести порядок на чердаке, чтоб устроить себе там свое укромное жилище.
Ковыряясь в вещах, я случайно нашел мамин дневник. Старый такой, затрепанный. Но ее почерк я бы узнал из миллиона.
Дневник стал для меня источником, неувядаемым источником вдохновения.
Он улыбался, говоря о маме.
Она много размышляла о себе, о своей душе. Это такое личное и ценное. И вот там была одна фраза.
«Хоть бы Егор не узнал, что Ваня отчим. Хоть бы не узнал. Военное прошлое его отца точно его удивит.»
Эта фраза перевернула всё в моей жизни.
Егор счастливыми глазами посмотрел на меня.
— В тот момент я понял, что не обязан верить словам этого человека. Это отчим, он мне не отец.
И я не чайка.
Он рассмеялся.
Потом посмотрел на меня еще раз.
— Понимаешь? Словно большие кандалы упали с рук.
Я бегал весь вечер. Просто одел кроссовки и бегал до изнеможения. Это было счастье. Ночные сторожевые собаки охрипли лаять на меня под луной,  а я был бесконечно счастлив.
А на утро я собрал сумку и поехал в город. Я решил кардинально всё поменять.
Когда я вошел в квартиру, отчим как раз был там.
— А, это ты? Почему не позвонил, что приедешь.
Мне не хотелось с ним говорить.
— Ты почему не отвечаешь?
— Потому что.
Я удивился своим словам и своему тону.
— Че ты там шепчешь?
— Ты мне не отец
— Что ты сказал? — отчим словно разозлился.
Я промолчал.
— Ты мне будешь? — отчим замахнулся.
И тут я увернулся, быстро убежал в комнату и закрылся на щеколду.
Через десять минут была собрана сумка.
Отчим вернулся на кухню.
Я решил, что должен сказать ему прямо
— Я уезжаю. Мне двадцать три, я хочу жить свою жизнь. И ты мне не отец, чтоб командовать.
У него расширились глаза.
— Откуда ты…
Я перебил его.
— Не важно. Знаю и всё. Не ищи меня.
Когда я вышел из дому — у меня за спиной был рюкзак, одежда на три дня. И деньги — я копил их полгода года. Копил на мопед.Этого хватило бы на то, чтоб снять квартиру и прожить полгода без проблем.
Вдруг какой-то шум появился и всё сильнее нарастал. Мимо кофейни проехала целая группа мотоциклистов. Это было так шумно, что пришлось замолчать.
Я смотрел на Егора. И не мог поверить.
Он посмотрел на меня. Долгим взглядом так, словно это были его последние и главные слова:
— С тех пор всё и поменялось.
Я понял, что только я сам решаю — что в моей голове выстраивает мое отношение к себе.
И я решил полностью искоренить отношение отчима.
Сперва я начал каждое утро говорить:
— Он просто лгал. Я не чайка.
И ты знаешь — это сработало.
Потом я решил больше времени уделять тому, что я вкладываю в ум.
Я решил читать по одной книге в неделю.
Мне всегда был интересен дизайн и предпринимательство.
Так прошло полгода.
С отчимом я обрубил все контакты.
Вот это и произошло.
Потом я работал обычным проджект-менеджером в Южном Свете. Потом переехал в Киев.
А потом мне дали работу здесь, в Лондоне
За окном вышло солнце и осветило кофейню. Уют от теплых солнечных лучей наполнил всё помещение и он улыбнулся.
— Но что? Что поменялось? — я не отставал от Егора.
Он посмотрел на часы.
— У меня есть еще двадцать минут. Думаю, времени хватит.
Он помолчал, думая.
Знаешь, тогда я осознал две вещи.
Первая — самоидентификация. Я перестал думать о себе плохо. И отрезал того, кто говорил плохо обо мне. Но самое сложное это перестроить мышление с плохого на хорошее — я старался читать умные книги, кстати, Священное Писание мне очень помогло в понимании того, что мы созданы Разумным Творцом, а не произошли от случайности. Я перестал верить во всё, что говорил мне отчим.
Вторая — направление мышления. Я просто не тратил время на нытье — я вкладывал всего себя в новое дело.
Я смотрел на Егора.
Тот тщедушный парнишка, которому я не верил?
Я никак не мог привыкнуть к этому.
Он смотрел на меня немигающими глазами, и вдруг я ощутил, что он сильнее меня. И отвел взгляд.
Бывают мгновения, которые ты запоминаешь на всю жизнь. Его откровенность и измененная жизнь за счет изменения мышления  отпечатались в моей голове
Мы сидели молча, мне больше нечего было спрашивать.
Я понял, что вот сейчас он — момент глубочайшего осознания. И мне нужно просто побыть в нём, чтоб глубже пропитаться.
За окном пошел снег, снежинки кружились и опускались на серый асфальт и растворялись.
Люди куда-то спешили, кутаясь в свои куртки и пальто. А у меня было чувство, что я понял главную суть того, как что-то изменить внутри.
Мы допили кофе.
Он пожал мне руку, сказал, что рад встрече и пошел обратно в офис. А я гулял по городу, спустился к набережной. Смотрел на реку.  А потом долго не мог уснуть в отеле.
**
Друзья — Денис, Тимофей, Саша, Дима, — смотрели на меня
— Это реальная история?
Я переждал немного и посмотрел на Дениса.
— Да
 Все сидели молча.
Потом Тимофей спросил
— Кое-что не сходится
— Что именно?
— Но ведь ты жил одно время в Лондоне, а не приезжал туда.
Я помолчал и дополнил.
— Ты прав. И я рассказал чистую правду. Этот человек — я.
Меня отчим называл «Чайкой».
Денис смотрел на меня со сложно скрываемым удивлением.
— А как же диалог в кафе?
— Он был. Только я поменялся ролями, это меня так расспрашивали.
Денис смотрел на меня. Потом улыбнулся и сказал:
— Мы сами себя чайками делаем, да?
 Я обнял его и похлопал по плечу.
— Мы не чайки, брат, совсем нет!

LEAVE A REPLY